Одной из стран, на которой войны на Украине и в Иране отразились наиболее чувствительно (помимо, разумеется, непосредственных участников конфликта и государств региона), стала Германия. Причём, наиболее пострадавшей оказалась флагманская для ФРГ автомобильная отрасль.
Мало того, что за последние несколько дней цены на бензин и дизель на германских заправках скакнули в среднем на 30%, так ещё и запущенный с началом украинского конфликта (точнее, с момента активного применения европейцами антироссийской санкционной дубины) механизм кризиса продолжает терзать немецкую экономику неподъёмной стоимостью энергоносителей, падением уровня производства, значительным сокращением доходности и, как следствие, волнами вынужденных увольнений, которые вот-вот приобретут поистине массовый характер.
Так, в частности, автоконцерн Volkswagen сообщил о резком падении прибыли по итогам 2025 года.
«Операционная прибыль сократилась почти вдвое – до 8,9 млрд евро, а чистая прибыль снизилась на 44% и составила 6,9 млрд евро против 12,4 млрд годом ранее, что стало худшим результатом за последние 10 лет, с 2016 года. Выручка при этом почти не изменилась и составила 322 млрд евро, что говорит о сохранении объемов продаж, но снижении доходности. По итогам года концерн поставил около 8,98 млн автомобилей – лишь на 0,5% меньше, чем в 2024-м», – пишет BILD.
Даже элементарных экономических знаний достаточно, чтобы понять, что причина всего в значительном увеличении себестоимости, вызванном, в первую очередь, ростом затрат на электроэнергию. Проще говоря, производить машины в Германии стало дорого и нерентабельно.
Сами же представители VAG говорят о проблемах со слабым спросом в Китае, торговыми пошлинами в США и падением прибыли у брендов премиальных марок – Audi и Porsche, – чья операционная прибыль фактически рухнула с 5,3 млрд евро до всего лишь 90 млн. евро.
Результатом такого падения стали изменения в и без того пугавших многих планах боссов Volkswagen по сокращению 35 тысяч сотрудников к 2030 году.
Теперь число уволенных придётся довести до 50 тысяч и это, боюсь, далеко не окончательная цифра.По словам финансового директора концерна Арно Антлица, рентабельность VAG остается слишком низкой, и «в долгосрочной перспективе этого недостаточно».
Что значит сокращение сразу 50 тысяч рабочих мест для всегда гордившейся своей социальной направленностью экономики Германии, думаю, можно не уточнять.
При этом, что характерно, каждую из вышеназванных проблем немецкое руководство обосновывает своей отдельной причиной. Тут, мол, и отказ от российского газа, политическую мотивированность которого никто даже не отрицает, и китайские конкуренты, что душат европейцев своими ценами, и мировой энергетический кризис, искусственно спровоцированный действиями США на Ближнем Востоке. Опять Трамп виноват, ну что ж ты будешь с ним делать?
Тем не менее, на первый взгляд, всё выглядит хоть и печально, но логично и вполне объяснимо. Но что, если я вам скажу, что конфликт на Украине и агрессия против Ирана здесь не при чём? Что антироссийские санкции лишь ускорили падение европейской промышленности, но отнюдь не предопределили его. Что Германия и Европа в целом всё равно пришли бы к такому финалу, разве что несколькими годами позже.
А виной всему пресловутый «зелёный переход», в угоду которому глобалисты планомерно отрезали Старый свет от экономически наиболее целесообразных и оправданных источников энергии…
Накануне, выступая на «ядерном саммите» ЕС в Париже, глава Еврокомиссии Урсула фон де Ляйен заявила, что осуществлённый в своё время отказ от атомной энергетики был «стратегической ошибкой».
«Если в 1990 году треть электроэнергии в Европе производилась за счет атомной энергии, то сегодня этот показатель составляет всего около 15%. Снижение доли атомной энергии было сознательным решением. Оглядываясь назад, можно сказать, что отказ Европы от надёжного и доступного источника энергии с низким уровнем выбросов оказался стратегической ошибкой». Конец цитаты.
В качестве срочного решения возникшей проблемы Брюссель устами фон дер Ляйен предлагает стимулировать предпринимательскую активность в области новых ядерных технологий, обещая выдать европейские гарантии на возможные частные инвестиции в размере 200 млн евро. Причём, средства на это планируется изыскать «из доходов системы торговли выбросами», то есть, де-факто, за счёт одного из инструментов «зелёного перехода» профинансировать возврат к нормальному энергетическому балансу.
В качестве конкретного примера, выступавший вместе с ней президент Франции Эмманюэль Макрон предлагает обратить внимание на технологию малых модульных реакторов, которой сама Европа не обладает, но зато они, по его словам, есть у Китая, Канады и США.
К слову, данная технология есть и у России, но с учётом сложившейся обстановки, сомневаюсь, что кто-либо из её обладателей поделится ей с европейцами по доброй воле или по сходной цене. Скорее, нет, чем да.
В иных обстоятельствах комичность ситуации была бы поводом для сарказма, но, увы, если говорить о судьбе Европы, всё выглядит слишком печально и даже трагично.
Проблема в том, что все без исключения решения в Евросоюзе нынче принимаются приблизительно таким же способом, как «зелёный переход» или прогрессивная повестка: без раздумий, без анализа, без расчёта последствий и рисков.
Принимаются, а затем неистово поддерживаются теми же людьми, кто после выходит и с высоких трибун заявляет: «мы ошиблись, обнуляем старую стратегию, вот вам новая, ура!».
Иногда кажется, что зря Европейское экономическое сообщество, строившееся, надо сказать, на совершенно иных принципах, решило однажды стать Европейским союзом. Ибо сегодня этому Союзу присуща та же бездумная кампанейщина, что и любому иному максимально идеологизированному обществу: главное «расширить и углубить», а уже потом будем разбираться, что и куда. Жуткая практика огромной саморазрушительной силы, стоит заметить.
Говоря проще, европейская экономика, Европа – обречены. И спасти их может только чудо, которое в один момент сумеет избавить Старый свет от демагогов-глобалистов. Но увы, пока никаких признаков чудес на просторах Евросоюза не просматривается. А значит, рано или поздно (вот тут как раз важно влияние мировой конъюнктуры) Европа придёт к своему упадку. И этого, боюсь, не избежать.
Алексей Белов
Свежие комментарии